- Не думаю. Мне кажется, что Алла не связана с этим делом. Девушка хорошая, студентка, комсомолка.
- С тобой прямо страшно становится, Иван, - усмехнулся начальник, ты мысли читаешь.
- Так работаем вместе сколько.
- Откуда у Ивановского-старшего драгоценности?
- Он ювелир, очень известный. Крупнейший специалист, так сказать, художник своего дела.
- Но ведь не из-за сережек к нему пришли. Сколько они, кстати, могут стоить?
- Об этом поговорю сегодня днем со специалистами.
- Надо узнать, зачем они приходили.
В дверях бесшумно появился Осетров.
- Товарищ начальник, там Муравьев товарища Данилова спрашивает.
- Давай зови его, - приказал начальник.
Игорь вытянулся на пороге. Данилов с удовлетворением оглядел его ладную фигуру, туго затянутую портупеей. Игорь последнее время ходил в форме. Гимнастерка сидела на нем, как влитая, орден Красной Звезды, полученный за декабрьские бои под Москвой, красиво выделялся на сером коверкоте.
"Он поэтому и носит форму, - мысленно улыбнулся Иван Александрович, из-за ордена". И пока Игорь произносил уставные слова приветствия, Данилов подумал о том, как все же война взрослит людей. Прошло всего ничего, а Муравьев стал уже вполне зрелым человеком и умным оперативником.
Игорь подошел к столу, сел в кресло. Даже по тому, как он держался в этом кабинете, вызов в который мог не всегда приятно кончиться для любого работника МУРа, чувствовалось, что Муравьев знает цену своим словам и уж если решил чего, то мнение свое будет отстаивать до конца.
- Сегодня утром я посетил директора производственного комбината Ювелирторга.
- Посетил, - Данилов засмеялся, - ну, Муравьев. Посетил, считайте, вытащил человека утром из постели. Сработано оперативно, но не совсем вежливо.
Игорь развел руками.
- Ничего, - сказал начальник, - продолжай, Муравьев.
- Ивановский, - Игорь достал блокнот, - характеризуется с самой лучшей стороны. Старый большевик-подпольщик. В его мастерской резали шрифт для искровских типографий. Участник октябрьских боев в Москве, воевал в гражданскую, но был отозван для работы по специальности в Гохран. В двадцатые годы выезжал в качестве эксперта за границу при продаже наших драгоценностей. Активно участвовал в разоблачении группы Шелехес Пожамчи.